Абу Мус’аб Ас-Сури: Ошибки движения джихада. Часть 3

Третье: Ошибки в методах противостояния врагу

1 — Импровизация и отсутствие плана:

В методах противостояния врагу также существуют ошибки. Первая из них — метод противостояния у нас не подготовлен и не строится на плане, и мы видим организацию, которая сегодня наносит удар здесь, завтра там, и в конце захватывает туристов в Йемене и теперь братья не знают, что с ними делать.

Существует хаос, который не далеко ушёл от хаоса в наших странах. В любом случае он подпадает под метод импровизации, и методика противостояния у джихадистов вся импровизированная, не построена на планировании, и это одна и самых плохих форм противостояния.

 

2 — Опора на региональность в джихадских структурах:

Вторая проблема это то, что каждая организация джихада сейчас — региональная, ограниченная границами страны. Мы видим сирийскую организацию «Авангард», египетскую «Джихад», египетскую «Исламский джамаат», йеменскую «Армия Аднана» и т.д.

Это было возможно при старом мировом порядке, сейчас же при международном противостоянии это не допустимо. И если ты находишься в Адене, то противостоишь спецслужбам США, Египта и Алжира, и эта региональная система стала одной из разрушительных причин, не говоря о том, что она противоречит религии «И, поистине, эта ваша Умма — умма единая» (Верующие, 52), и нашей обязанностью является противостоять как единой Уммой. Как я разъяснял это в истории, когда начались крестовые походы, мы были единой Уммой, и первое, что они сделали, — это разделили нас. Поэтому когда мы вступаем в конфронтацию с кафирами, мы должны противостоять им как единая Умма, а не только в каждом отдельном кусочке нашей земли.

Будучи современником и участником многих джихадских движений, я знаком с большинством их лидеров, и на афганском джихаде я сталкивался со многими джихадскими джамаатами: взгляды всех их страдали не только региональной ограниченностью, но даже  пределами своих групп. В Йемене существуют проблемы между Севером и Югом, в Сирии, — между стороной Алеппо и стороной Дамаска, в Египте — между приморскими и внутренними районами, в Ливии между Востоком и Западом. О, если бы мы ограничивали свои представления границами страны, однако уже появилось ограничение взглядов пределами районов одной страны. И эта — одна из методологических ошибок в противостоянии.

Если ты обратишься к «ХАМАС» они скажут: «Мы противостоим сионистской оккупации, и мы вместе с арабскими правителями находимся в одном окопе». А недавно официальный представитель «ХАМАСа» заявил: «Мы осуждаем нападение на американцев в Аль-Хубаре [город в Саудовской Аравии]  и считаем его  преступным террористическим актом, и мы предоставим поддержку в поиске преступников». Таким образом, он ограничил себя борьбой с Израилем.

В Ливане возникла маленькая организация, желающая установить исламское государство в пределах Ливана, и это, конечно же, мертворожденный проект, и также методика, ведущая к провалу и ограниченности.

Например, в Тунисе нет условий для противостояния: равнинная территория с небольшим населением, сильна система безопасности, некуда отойти и укрыться. Как же вы будете действовать в Тунисе?! В то же время рядом находится Алжир, в котором много гор, а в Ливии также очень сложные условия.

В некоторых государствах условия лучше, чем в других. Например, Марокко, Алжир, Йемен, где есть горы, население и ресурсы. В Афганистане обширная территория и народ. А есть страны, в которых нет  условий и возможностей для конфронтации. Например, Египет, не смотря на то, что там давно существуют мощные исламское и джихадское движения, но характер населения, плюс тип местности территория, плюс качество ресурсов не дают возможности для достижения успеха. При том, что в Египте есть кадры исламского джамаата, которые, будучи переведёнными в другое место, могли бы оказать большое влияние в  широкомасштабной открытой конфронтации, и стали бы опорой для всей Уммы.

Также и ливийский «Сражающийся джамаата» большая и сильная организация. У него есть идеи и это одна из лучших существующих организаций, и её возможности за пределами страны значительно больше, чем в самой Ливии. Проблема не в организации, а в самой Ливии, где условия для успеха очень ограничены. Почему же я должен ограничивать себя страной, где возможности для противостояния настолько ограничены?!

В Сирии не было условий. Там существовала сильная организация, которая трудилась пятнадцать лет. Мы хотим изучить наш опыт, чтобы понять наши ошибки.  И среди этих ошибок — проблема ограничения идеи отдельной страной. Нам же следует расширить наше представление и работать повсеместно, и относить себя к исламскому гражданству, то есть сформировать интернациональную систему исламского братства  для противостояния интернациональной системе куфра.

 

3 — Побочные конфликты с мусульманами и исламскими движениями

К проблемам в методах противостояния относятся побочные конфликты с мусульманами и исламскими движениями. То есть мы выступили на борьбу с правительствами, иудеями и крестоносцами, а теперь началась борьба против нечестивых мусульман, проводящих харамные свадьбы, празднующих запретные праздники и церемонии, распивающие опьяняющие напитки и т.п., начались конфликты между «ихвановцами», салафитами и аш’аритами. Таким образом, мы отошли от главной цели.

Многое из литературы и деятельности джихадистов отошло от основной цели,  и эта проблема достигла своего пика, когда в Алжире противостояние между джамаатом и правящим режимом превратилось в противостояние между джамаатом и народом. И это явилось результатом отклонения от истины в идеях и понимании.

Сегодня мы враждуем с мусульманами в вопросах, не касающихся основной цели борьбы, мы занимаемся второстепенными вопросами. Да, это правда, среди этих вопросов присутствует как истина, так и заблуждение, правильность и ошибочность, праведная акыда и бид’а, однако какое отношение имеют эти вопросы к основе нашего противостояния?

 

4 — Проблема погружения в борьбу внутри мусульманских стран

Четвёртая проблема — это то, что мы полностью погружаемся в борьбу с режимами, правящими в мусульманских странах.

У нас нет никаких сомнений, что правящие в мусульманских странах режимы — муртаддские, и нет сомнения, что война с ними — это религиозная обязанность, правильное дело и ваджиб.

Проблема не в этом, но в направлении характера борьбы, которое я разъяснил вам вчера, делая очерк по истории: мы воюем с солдатом-йеменцем, который будь он невежественный мусульманин, или нечестивец, или заблудший, или кафир, остаётся йеменцем, сыном этой земли, а я мусульманин-муджахид, соблюдающий свою религию. И если бы проблема была ограничена нами, то погружение с головой в борьбу с этими солдатами было бы правильным. Но проблема в том, что имеются также крестоносцы, иудеи, богатства страны расхищаются, святыни захвачены. И если я буду воевать с этим солдатом, он уничтожит меня, а я уничтожу его, и будет свергнут нынешний правитель, то придёт другой правитель, взращенный крестоносцами, а из народа будут набраны новые полицейские и солдаты, и проблема не исчезнет.

Проблема тут не в шариатской законности правителя, а в том, как мы представляем себе это противостояние с политической и военной точки зрения. Все эти противостояния с режимами превратились в бесполезное хождение по кругу, и все джихадские джамааты оказались неспособны покончить с нашими правящими режимами,  потому что эти режимы имеют как региональную, так и международную поддержку, таким образом, мы стали бесполезно ходить по кругу.

Я не говорю, что наше противостояние незаконно с точки зрения шариата, наоборот оно законно и в нем есть отражение агрессии, война с муртаддами. Однако в конечном итоге оно используется против нас. Например, я сражаюсь против правительства и при въезде в мой квартал стоит пост, я применяю к этому посту айят «Сражайтесь с неверующими, которые находятся вблизи вас» и нападаю на этот пост, при этом правительственный режим не получает ощутимого вреда.

В словах Аллаха: «Сражайтесь с неверующими, которые находятся вблизи вас» (Покаяние, 123) подразумеваются все кафиры, находящиеся вблизи этой Уммы, которые управляют всей этой игрой, а мы увязли в борьбе с местными силами.

Это подтверждает следующий пример: Советский Союз, до развала которого в странах Восточной Европы происходило много восстаний против коммунистических режимов, но они не смогли победить местные правительства, но когда развалился Советский Союз (т.е. международная сила, поддерживавшая режимы восточноевропейских государств), все эти режимы рухнули один за другим, и народы этих стран освободились.

Мы должны относиться к этому противостоянию со всей серьёзностью, чтобы наша борьба была комплексной против мирового режима, включающего крестоносцев, иудеев и муртаддов, а не только против местных режимов, или только против иудеев, или только против крестоносцев. Этот мировой режим комплексный, то есть состоит из нескольких частей, дополняющих друг друга, поэтому и нам нужно найти путь, чтобы противостоять ему комплексно, а не отдельным его частям.

 

5 — Утрата главного ключа борьбы

Когда я рассказывал о партизанской войне, мы разобрали, что существует термин, называемый «ключ к борьбе»[1]. Он означает идею, которая позволяет убедить нацию сражаться.

Мы, как и все джихадисты, взяли только один ключ, и это — «правление не по тому, что ниспослал Аллах». А теперь скажем честно, убедила ли проблема «правления не по тому, что ниспослал Аллах» народ у вас в Йемене? Убедила ли она народ в Сирии? Убедила ли народ в Африке? Убедила ли народ в Алжире? Она никого не убедила.

Теперь, скажем ли мы: «Мы воюем в Саудии ради правления по тому, что ниспослал Аллах»? Ведь вся нация и все учёные скажут нам: «Мы правим по ниспосланному Аллахом, а вы хариджиты».

Есть страны раздавленные нищетой по причине того, что там не правят по тому, что ниспослал Аллах, там люди погибают от нищеты. И если ты придешь к ним и скажешь: «Если у вас не будут править по тому, что ниспослал Аллах, то вы умрете с голоду, а если будут править по тому, что ниспослал Аллах, то вы вернете себе ваше имущество, вы будете сыты, ваши права будут соблюдаться», то они будут сражаться вместе с тобой. Есть страны, в которых оскорбляют честь женщин, в которых распространилось нечестие и разврат, и там уже мы говорим людям: «Вставайте на сражение против власти, потому что она бесчестит ваших женщин».

Эту мысль мы должны распространить, ты должен говорить людям:  «Вашу нефть забирают, ваша земля оккупирована, ваши святыни осквернены, вы находитесь в притеснении и несправедливости, ваша честь поругана, а сами вы унижены». Всё это — ключи, с помощью которых ты убеждаешь людей вступить в борьбу.

Эта идея позволяет тебе проникнуть в сердца людей. Чтобы открыть сердца, тебе нужен ключ, и этот ключ — это идея, идея, которая называется «ключом борьбы», идея, которая убеждает людей вступить в борьбу.

Разве тирания и несправедливость не шариатская проблема?

Разве пожирание властителями имущества людей не шариатская проблема?

Разве убийство мусульман не шариатская проблема?

Разве поругание чести мусульманок не шариатская проблема?

Разве разграбление нефти, земли, оккупация не шариатские проблемы?

Сегодня джихадисты представляют себе, что единственное соответствующее шариату высказывание это — «Мы сражаемся, чтобы установить власть Аллаха, мы сражаемся ради дружбы и непричастности,  ради правления по тому, что ниспослал Аллах». Этими словами ты можешь привлечь лишь прослойку, состоящую из студентов исламских учебных заведений, которые ревностно относятся к своей религии. Но при этом уже ясно, что это люди наименее готовые пожертвовать жизнью, и ясно, что шейхи и ученики шейхов это люди, наиболее далёкие от джихада на пути Аллаха[2]. А я занимаюсь лишь этой прослойкой и забрасываю все остальные слои мусульманского общества!

Все расчёты джихадистов крутятся вокруг хакимиййи, дружбы и непричастности и правления не по тому, что ниспослал Аллах, и никому не приходит мысль постараться привлечь людей, сказав им: «Наша земля оккупирована, нашу нефть грабят, правящий режим преследует и притесняет нас». Несправедливость и честь женщин, экономика и нефть, границы и  суверенитет — всё это шариатский дискурс, однако мы думаем, что это секуляритский дискурс, потому что мы слышали, как об этом говорят секуляристы!

У шейха Сальмана Аль-‘Уда есть аудио-лекция под названием «Ат-татби’» где он говорит: «Я решил поговорить о нормализации, но к сожалению, не нашел на эту тему книгу, написанную исламистом. Все книги, на которые я ссылаюсь, написаны либо коммунистами, либо арабскими националистами».

И хотя вопрос нормализации относится к шариату, все, кто писал на эту тему, являются или националистами или секуляристами, и шейх Аль—‘Уда не нашёл ни одного источника, на который можно было бы опереться в этом вопросе и обсудить эту тему с точки зрения шариата.

Мы оставили эти вопросы секуляристам, как если бы эти вопросы не относились к религии Аллаха. Таким образом,  ключ к борьбе в основе своей нами потерян.

 

6 — Использование муджахидов врагами для своей пользы

Последняя проблема, о которой я хотел бы поговорить это то, что многие джихадские организации попали в ситуацию, когда трудились на благо других. Например, джихад афганцев против Советов соответствовал шариату, однако он был на благо США, и США извлекали из него пользу. Мы, конечно, знали об этом, но хотели также извлечь из него свою пользу, однако командование и организации не работали в организованной форме для своей пользы настолько, насколько они работали для пользы Америки. Это не обвинение, однако, таковы были их усилия.

В Боснии муджахиды работали на пользу Америке: они раскололи единство Европы и создали в Европе проблемы, а когда фронт муджахидов стал реальной угрозой, США организовали Дейтонские соглашения и выдворили муджахидов.

Как вышли муджахиды из Боснии? Благодаря фетве шейха Ибн Усаймина, что следует повиноваться обладателю власти Алие Изитбеговичу [президент Боснии и Герцеговины] и выполнять Дейтонские соглашения. Таков Ибн Усаймин, «да осветит Аллах его могилу»! Муджахиды сказали: «Как нам выбраться из Боснии?», и он ответил: «Обладатель власти [король Фахд] перевёл два миллиона реалов, чтобы вывести муджахидов из Боснии и спасти их!» Да воздаст ему Аллах благом, он спас нас от сербов!

Так что муфтий издал фетву о выходе муджахидов из Боснии, а «обладатель власти» прислал деньги, чтобы вывезти их и выполнить Дейтонские договорённости. Так на чью пользу погибли шахиды арабы и мусульмане в Боснии?!

Джихад в Боснии был религиозной обязанностью и являлся отражением агрессора и защитой чести мусульманок, и братья, погибшие там — шахиды, да примет их Аллах. Но мы трудились там на благо других, таким образом, что нам в этом не было какой-либо пользы.

Так что когда ты начинаешь борьбу против какого-либо врага, обычно это обязательно приносит пользу другому врагу. Если сегодня вспыхнет в Саудовской Аравии, то это на руку Катару, и Йемен также извлечёт из этого пользу. Невозможно где-то начать восстание, чтобы это не было кому-то выгодно. Когда ты атакуешь русских, это выгодно Америке, когда ты наносишь удар по Америке, то это выгодно Китаю. Если ты бьешь по Алжиру, то от этого теряет Франция, а Америка, наоборот, от этого выигрывает.

Ты не сможешь запретить кому-то другому иметь от конфликта выгоду, но нам необходимо как минимум самим получить пользу от конфликтов, в которых мы участвуем.

Однако некоторые люди выходили на джихад, чтобы просто стать шахидами на пути Аллаха, а там будь что будет! Это результат отсутствия глубины мысли и непонимания реальной действительности. И всё это относится к ошибкам в методах противостояния.

 

аl-isnad

 

________________________________________

 

[1] Роберт Тейбер назвал «ключом к борьбе» поддержку повстанцев населением.

 

[2] Шейх Абу Мус’аб  здесь имеет в виду исламских учёных и студентов как категорию населения в общем по Умме, и шейх прав. Например, во время первого джихада в Афганистане, вся Умма сошлась на том, что он соответствует шариату, и что является обязанностью сражаться с Советами и коммунистами и изгнать их из Афганистана, но вместе с тем, из числа учёных и крупных студентов на этот джихад вышли лишь очень-очень немногие, среди которых шейх Абдуллах Аззам.

 

ИА ИсламДин

 

О admin

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.