Хаджи Тугужуков Казбек (Хьэжы Тыгъужъыкъуэ Къызбэч)

Это рассказ о мужчине, отце, полководце, муджахеде, шахиде ин ша Аллах, который посвятил свою жизнь сражению на пути Аллаха, не склоняя головы перед трудностями. Храбрый шапсуг из рода Шеретлоко всегда был в первых рядах. Джеймс Белл и вся общественность Европы 19 века называли его «The Lion of Circassia » — «Лев Черкесии».

Казбек Шеретлоко родился в 1777 г. в ауле Беаннеш, что находился в бассейне реки Адыгум, притоке Кубани. У его отца Тугуза было семь сыновей.

Тыгъужъыкъо Къызбэч начал участвовать в джихаде еще в 1796г в 19 лет он, сражаясь в Бзиюкской битве, получил рубленую рану на лице. Генерал В.А. Потто, автор книги «Кавказская война» пишет, что несмотря на такое ранение: «Сам Казбич дрался как бешеный и смог прорвать окружение».

Его храбрость и мужество быстро принесли ему славу и под его командование начали собираться отряды муджахедов. Казбек был грозой кяфиров и с регулярной частотой совершал набеги на Кавказскую Линию, на станицы и укрепления русских захватчиков: Елизаветинская, Марьянская, Георгие-Афипская (ныне пос. Афипский), Абинская и другие.

Адыгский просветитель Хан-Гирей в романе «Бесланий Аббат» писал: «удивительно влиятельный среди шапсугов Кзильбич из Шеретлуковой фамилии», «стоило только разослать гонцов от имени Кзильбеча, и тысячи стекались под его предводительство».

С 1810 года Казбек становится амиром шапсугских муджахедов. С кем только не встречался Казбич с 1810 по 1839гг. на полях джихада! Амир шапсугов, противостоял таким именитым кяфирским генералам, как Бурсак, Власов, 3авадовский, Бескровный, Кухаренко и многим другим.

В январе 1830 г. с 4 тысячами горских муджахедов яростно атаковал станицу Елизаветинскую и разорил ее, но потерпел поражение от отряда атамана А. В. Бескровного.

В 1834 г. на реке Абын (Абинское сражение), «лев черкесов» во главе с 700 шапсугских муджахедов разбил и обратил в бегство 14-тысячный царский отряд. В этой битве погибло 150 русских солдат, было захвачено 7 телег с фуражом.

В том же году, с 900 горцами, разогнал еще больший отряд захватчиков, отобрав у него всю его добычу, вместе с пленными из 9 черкесских аулов.

В 1837 г. с отрядом муджахедов в 250 человек Кизбеч атаковал на правом берегу Кубани русский форт.

Амир шапсугов выказывал также личное мужество и героизм. В июне 1837 г. он в одиночку напал на охрану Николаевского форта, пленил солдата и прихватил с собой 9 винтовок.

Помимо мужества и храбрости, Казбек отличался благородством воина и очень ценил отвагу: в 1834 году амир с войском из 1200 муджахедов столкнулся неожиданно с отрядом линейных казаков в количестве около 300 человек. В ходе неравного боя Казбек, видя героический настрой казаков и восхищенный их мужеством, приказал муджахедам отступить и выдвинуться вперед такому количеству воинов, которое было равно числу казаков, а все остальные черкесы стояли и наблюдали за ходом битвы.

В 1838 г. в октябре в одной из битв Казбек получил 7 тяжелых ран, ранены были и его сыновья, один из которых вскоре стал шахидом ин ша Аллах.  Д. Белл пишет, что этот случай: «… не растрогало отца, и он посмотрел на его смерть, как и вообще здесь смотрят на нее, как на предопределение свыше». Но адыгские предания рассказывают, что узнав о гибели сына, Казбек в одиночку бросился на русскую станицу и изрубил с десяток казаков.

Пользуясь большим уважением среди противников, Казбек не раз получал предложение кяфирских генералов перейти на службу к русским. Но разве мог истинный мусульманин, муджахед, продать свою душу за бренный мир и выступить против своего народа!

На пути в Мекку, где он выполнил свой фард хаджа, Казбек проходил через Египет, где его пригласил султан и наслышанный о его подвигах, предложил ему пост военачальника. Но амир шапсугов отказался оставить джихад на Кавказе.

Д. Лонгворт английский журналист, описывая Казбека в своем дневнике, пишет: «Его свободная и воинская манера поведения, сопровождаемая ленивой и не лишенной изящества походкой вразвалку… Его оружием были лук, колчан со стрелами, дамасская сабля и стальная кольчуга, поблескивавшая на его груди под кафтаном. Его одежда была не богатой, но тщательно пригнанной по фигуре и совершенной. Его сафьяновые башмаки в особенности были очень хорошо пригнаны к его маленьким и изящным ступням. Однако в его облике, в зловещем спокойствии его рта и в диком блеске его пронзительных серых глаз было нечто такое, что без предварительного объяснения со стороны его соплеменников я бы мог принять его за льва».

Кроме участия в битвах, Казбек также прилагал усилия для объединения адыгского народа, чтобы все выступали под единым знаменем.

В.А. Потто в своем пятитомнике «Кавказская война» описывая Казбека, пишет: «Но между черкесскими вождями был один человек, который во все это время не сообразовался с действиями других, не ездил в Анапу и на свой риск и страх, с отборной партией в пятьсот наездников, грозил русским пределам. Это был шапсугский уорк Казбич (собственно — Кзильбеч) из знаменитой фамилии Шеретлуковых.

Даже среди черкесских головорезов и удальцов Казбич был личностью необыкновенной, исключительной. С самых юных лет он отличался поражающей неустрашимостью, соединенной с характером суровым, упрямым и грубым. Самая наружность его, огромный рост, громкий голос, дерзкие и грубые ухватки, казалось, созданы были для того, чтобы иметь неотразимое влияние на народ, для которого война была ремеслом.

Бурная, беспечная, удалая жизнь среди битв и набегов отвечала его наружности. И там, где другие предводители должны были употреблять усилия, чтобы собрать несколько сот всадников, Казбич, который, однако, не славился особенным красноречием и общительностью, мог во всякое время располагать целыми тысячами. Счастливые стечения обстоятельств, видимо, покровительствовали этому герою разбоев: предпринимал он набег — и набег удавался…

Чтобы докончить характеристику знаменитого шапсуга, необходимо сказать, что и впоследствии, ни гибель сыновей, ни множество ран, ни старость, не отучили Казбича от любимого ремесла — войны и набегов.

Под старость он сходил в Мекку, но и священный титул хаджи не усмирил в нем строптивое сердце сурового наездника; всю свою жизнь он остался грубым шапсугом старого покроя. И умер он, хотя в глубокой старости, но от раны, полученной в набеге в 1839 году, оставляя по себе долгую память.

Еще при жизни его была сложена у шапсугов песня, в которой подробно передавались его дела и подвиги… Суровая личность Казбича так поразила воображение соплеменников, что в жарких сражениях с русскими он, долгое время спустя после смерти, не раз чудился черкесам на белом коне и в белой одежде; об этом существует, по крайней мере, множество рассказов…»

Песнотворец Слепой Осман сложил песню о герое Тугужуко Кизбече еще при его жизни, в знак особого почтения и признания заслуг. В ней такие слова:

 

«Полная луна — навершине его шлема,

Его тетива никогда не срывается.

Кизбеч на мечах биться любит,

Пикой могучей врагов повергает,

Войско огромное его устрашить не может.

Муж, к подвигам всегда готовый.

Раненых с поля боя выносит.

Среди мужчин — он лев.

Пленных выкупает,

Двое его сыновей орлам подобны,

Князья адыгской земли мечтают увидеть его,

Слава о нем до русского царя доходит,

Египетский царь ему приветствие шлет… »

 

Казбек жил как настоящий мужчина и умер не в теплой постели, а от множества ран, полученных им в одном из сражений в конце 1839 г. Пусть Аллах примет его шахаду.

«Е ул1ын, е ул1эн» (быть мужчиной, либо умереть), говорят адыги.

Пусть каждый черкес, каждый кавказец, каждый мусульманин помнит, за что сражался и умер славный шапсуг из рода Шеретлоко – Тыгъужъыкъуэ Къызбэч. Мы одна Умма и такие люди пример для нас. Храните память о них и пусть каждый отец, расскажет эту историю своему сыну!

 

Мансур Кабардинский для ИсламДин

 

Формат doc

 

 

ИА ИсламДин

О admin

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.